Очень хороший кавер на песню Бориса Гребенщикова «25 к 10» от moremoney.
Песня сильная сама по себе, но именно эта версия как будто дала ей новое дыхание. В ней есть не только возраст, усталость и разговор с собой, но и что-то тихо духовное. Как будто человек просто говорит о своей жизни, но она освещена чем-то большим.
Каждая попытка что-то исправить в себе ведёт нас к себе или уводит от себя?
Исправлять в себе нужно не живое, а мёртвое.
Арт-директорское
Арт-директорское во мне не спит. У меня такое бывает. Вроде сделал, и иди дальше, но что-то не то и свербит.
Упростил иллюстрацию для заметки «Датчик времени»: убрал датчик и оставил только мужчину и женщину.
Они и то, что между ними, и есть тот самый датчик.
Done!
Почувствовать солнце
Когда дома отключают отопление, а ночью холодно или просто не тепло, утреннее, уже по-весеннему горячее солнце начинаешь замечать иначе. Вокруг никого, тишина, и первый свет неторопливо поднимается из-за горизонта. В такие моменты особенно ценишь то, чего обычно даже не замечаешь.
Точно так же и с людьми. Пока они рядом, их присутствие легко считать чем-то естественным. Но именно они согревают и освещают нашу жизнь.
Это уже есть
Пока не знаю, что это такое, но это уже есть.
Проблема в том, что люди пытаются как можно скорее всё объяснить себе и другим. Но многое нельзя понять сразу. Само появление уже создаёт новый смысл: становится вопросом, узлом, точкой, вокруг которой начинает собираться жизнь.
Это похоже на рождение. Мы встречаемся с неизвестным, но не можем сказать, что в этом нет смысла. Просто пока чего-то не знаем.
Иногда смысл сначала нужно не понять, а пережить.
Люди, которые думают, что уже знают, обманули себя. Это не страшно. Но путь для них закончился.
Тропа
Услышать истину
Легко уйти в себя и заиграться в поиски внутреннего баланса. Хотя всё настоящее начинается в тот момент, когда просто откладываешь телефон, снимаешь наушники и возвращаешься в реальность без лишних фильтров.
Стоишь вечером в парке, вслушиваешься в разговоры птиц и понимаешь: мир вокруг всегда глубже и честнее, чем кажется. Но его нужно услышать.
А потом ты возвращаешься «в люди», в шумный город и теперь чувствуешь разницу.
0:53
Созерцатели
Пока я фотографировал, высматривая что-то своё, эта девочка спокойно сидела на берегу, о чём-то беседовала сама с собой, рассматривала травинки и цветочки.
Её папа рыбачил возле моста, а она просто была в этом большом мире.
Есть дети, которым скучно, которые всё время куда-то бегут. А есть молчаливые созерцатели.
Шум
Шум обесценивает канал.
Я очищаю своё оперативное поле для настоящего и важного.
Оно укрыло меня своей огромной кроной. Я не вижу структуру листьев, не вижу, есть там цветы или нет. Это просто большая тёмная крыша надо мной.
Передо мной Свислочь. Набережная, бетон, редкие прохожие. Ночь, тишина, темнота. Мне немного скучно.
Днём у нас как будто бы есть много вариантов. Любой фотограф поймёт меня. И даже не обязательно фотограф, а просто человек, который выходит с камерой или без камеры, но умеет смотреть. Днём ты ныряешь в изобилие. Видишь много всего. Мир сам предлагает тебе кадры, формы, свет, лица, деревья, отражения.
Но иногда хочется не выбирать из готового. Иногда хочется заглянуть в неизвестность. Довериться тому, что сейчас рядом. Посмотреть, что есть вокруг меня на расстоянии вытянутой руки. Прикоснуться к этому, говоря другим языком.
Я достаю камеру. Может быть, от скуки. Может быть, с детским любопытством. Направляю её вверх, включаю вспышку и делаю один снимок.
Не десять. Не серию. Не проверяю экран.
Просто один снимок.
Я вижу, как вспышка на секунду освещает дерево. И мир сразу возвращается обратно во тьму. Я убираю камеру и иду дальше гулять по ночному городу.
Но позже, уже дома, когда открываю этот снимок на компьютере и проявляю его, я вдруг вижу то, чего не видел там, на лавке. Листья. Цветки. Структуру. Ту красоту, которая в тот момент была прямо рядом со мной, надо мной, вокруг меня.
Всю эту красоту я увидел только после проявки.
Я сделал простой случайный «выстрел» камерой, но он подсветил то, что уже было в реальности.
В заметке «Взгляд из темноты» была мысль о том, что иногда нужно убрать лишний свет, чтобы увидеть иначе. Смотреть из темноты. Слушать из тишины. Выйти из дневного шума, из очевидности, из готового освещения.
Здесь похожая мысль, но немного про другое.
Здесь я не просто смотрю из темноты. Я доверяю пространству. Доверяю моменту. Делаю шаг, не зная, что именно увижу.
Наверное, так бывает и в жизни.
Мы делаем какой-то простой шаг. Иногда почти случайный. Направляем внимание туда, где вроде бы ничего особенного нет. Подсвечиваем на секунду кусок реальности. И в сам момент это может ничего нам не сказать. Мы видим только вспышку, короткое освещение, мгновение. А потом всё снова возвращается в темноту.
Но что-то уже произошло.
Мы уже проэкспонировали реальность.
И теперь нужно только остановиться и посмотреть, что проявилось.
И там есть очень интересный момент, где он рассказывает о просмотренном недавно советском фильме «Комиссар»:
Делёз: …во времена Эйзенштейна, Довженко. Всё было налицо, особенно параллельный монтаж, великолепный параллельный монтаж и так далее. Как будто со времён войны ничего не произошло, как будто в кинематографе ничего не случилось. И я сказал себе: это неизбежно, фильм хороший, конечно, но он был очень странным именно по этой причине, и если он был не так уж хорош, то именно по этой причине. Это был фильм, снятый человеком, который был настолько изолирован в своей работе, что создал его так, как снимали фильмы 20 лет назад… Он был не так уж плох, просто довольно хорош, довольно удивителен для двадцатилетней давности. Обо всём, что произошло за это время, он никогда не знал, ведь он вырос в пустыне. Это ужасно… Пересечь пустыню — это ничего особенного, работать в пустыне, пережить период пустыни — неплохо. Ужасно родиться в этой пустыне и вырасти в ней… Это страшно, я полагаю… Должно быть ощущение одиночества…
И вот мы снова пересекаем «пустыню», и у меня очень похожее чувство и мысли. Моё поколение и люди старше видели что-то другое, знают, как бывает. И вот в чём парадокс: с одной стороны, сегодня больше технических возможностей, больше связи, больше доступа к миру, но с другой стороны, многие не просто что-то потеряли. Они не знают, что вообще было по-другому.
Ужасно родиться в этой пустыне и не подозревать, что вода вообще существует.
Я уже около года с удовольствием пользуюсь BirdNET. Это мобильное приложение, которое помогает знакомиться с птицами. Записываешь короткий фрагмент пения, а оно подсказывает, что это за птица, или предлагает несколько наиболее вероятных вариантов.
Недавно мне посоветовали Flora Incognita. Похожая вещь, только для растений. Фотографируешь цветок, дерево или кустарник, а приложение помогает понять, что перед тобой. В нём тоже можно сохранять наблюдения, и я ещё как-нибудь отдельно расскажу, почему мне это кажется особенно полезным.
Теперь я чуть больше «вооружён» для прогулок. Как будто у меня с собой маленькая исследовательская лаборатория. Такие инструменты помогают быть чуть внимательнее к окружающему миру и знакомиться с тем, что всё время было рядом.
P.S. Отдельно приятно, что у Flora Incognita есть серьёзная научная основа. Приложение разрабатывают Технический университет Ильменау и Институт биогеохимии Макса Планка в Йене.
Интересно, что когда занимаешься фотографией, начинаешь замечать вещи, которые помогают смотреть и на другие области жизни. И, наверное, не только фотография так работает. Любое занятие, на котором ты по-настоящему фокусируешься, может открыть что-то большее. Не только внутри самого дела, но и вокруг него.
Я сейчас думаю о тёмной фотографии. О снимке, на котором почти неразличимы детали. Где игра света и тени не такая очевидная. Где нет сильных перепадов яркости, нет привычного контраста, нет сразу понятной картинки. И эта фотография не обязательно сделана такой специально. Иногда это просто снимок в тёмном ключе. Фотография, сделанная ночью.
Ночью наше внимание работает иначе. Мы по-другому смотрим на свет. Мы становимся чувствительнее к слабым деталям, к едва заметным переходам, к маленьким пятнам яркости. Нам не нужно столько света, сколько нужно днём, чтобы различить форму, тень, присутствие.
Но самое интересное происходит не тогда, когда ты смотришь на такую фотографию ночью. Самое интересное начинается днём. Днём ты открываешь этот снимок, и перед тобой вдруг просто тёмный прямоугольник. То, что ночью было наполнено деталями, днём становится пустым. Не потому что деталей там нет, а потому что ты уже смотришь не из того состояния.
И если смотреть на это шире, то с жизнью происходит что-то похожее. Мы тоже можем не видеть какие-то моменты, потому что смотрим на них не из того состояния. Не при том свете. Не в том внутреннем времени. То, что однажды было наполнено смыслом, позже может показаться просто тёмным пятном. Мы смотрим и не понимаем, что там было. Не различаем деталей. Не чувствуем глубины. Проходим мимо того, что когда-то было живым.
Чтобы увидеть такую фотографию, нужно почти вернуться в состояние, в котором она была сделана. Посмотреть на неё при другом свете. В другое время суток. А если говорить о жизни, в другом настроении, в другой тишине, с другим вниманием.
Иногда, чтобы что-то увидеть, нужно не прибавить яркости. Иногда нужно просто снова войти в темноту.
О, оказывается, вышла эпишка Nothing Is Forever от Isolde Lasoen.
Бельгийский инди-поп с винтажным, кинематографичным оттенком. Очень бодро и при этом не пластиково.
Обложка: Isolde Lasoen – Nothing Is Forever EP (2026)
Особенно: Love Language и Egoland. В первой как раз слышна та самая кинематографичность, свойственная Изольде, будто саундтрек к какому-то фильму. А вторая сразу поджигает своей искрой и напоминает, что живое начинается там, где перестаёшь играть роль и прятаться за эго.
И если зайдёт, очень рекомендую послушать её альбом Oh Dear (2023). Одна из тех пластинок, к которым хочется возвращаться.